Moscow ALGO-2014, часть I: внутренние и внешние риски в алгоритмической торговле

Moscow ALGO-2014, часть I: внутренние и внешние риски в алгоритмической торговле

5 февраля 2015, 14:55
Aleksandr Sorokin
2
1 496

5 декабря в Москве прошла конференция по алгоритмической торговле Moscow ALGO, которая объединила опыт и практические знания специалистов, заинтересованных в автоматическом трейдинге. В конференции приняли участие банкиры, сотрудники инвестиционных, брокерских и управляющих компаний, разработчики софта и создатели торговых роботов, трейдеры и частные инвесторы.

Начинаю серию обзорных статей по материалам конференции, в которых вкратце расскажу, о чем разговаривали участники, резюмирую, какие интересные закономерности и выводы они находят и каким видят будущее алгоритмического трейдинга. Надеюсь, вам будет интересно.


Круглый стол «Внутренние и внешние риски в алгоритмической торговле»




Модератором дискуссии был Константин Корищенко, председатель Наблюдательного совета ГИФА (Гильдии Инвестиционных и Финансовых аналитиков).

В своем вступительном слове он говорил о том, что без алгоритмизации действий на рынке сегодня выжить не сможет никто, и из реально активного рынка человеческий фактор все сильнее выталкивается. Причина — в том, что компьютеры, программы, алгоритмы работают значительно быстрее, чем мозг человека, и не подвержены эмоциональным реакциям. Человеку недоступен тот коэффициент Шарпа, которого добивается машина. Константин Николаевич приводит яркий пример: человек по сравнению с компьютером в трейдинге — примерно то же самое, что бег в мешках в сравнению со скоростным спортивным автомобилем.

Но большой вопрос состоит в том, будет алготрейдинг развиваться сам по себе или все-таки требует регулирования. Сейчас, после 10 лет активного развития автоматической торговли, становится видно, какое воздействие она оказывает на рынки.

Во-первых, это падение ликвидности на рынке, несмотря на увеличение активности.

Во-вторых, ценообразование становится непрозрачным, и определить рыночную цену позиции (валюты, товара, акции) сейчас уже невозможно — она как электрон, положение которого физики могут определить только примерно, в виде облака вероятности.

В-третьих, повышается хрупкость системы (вспомним истории с флэш-крэшами).

В-четвертых, снижается ценность анализа рыночной информации, обычно проводимого людьми. Он наталкивается на уже упомянутую выше непрозрачность формирования цены — теперь важнее догадаться, на какие действия запрограммированы роботы основных участников рынка, чем оценить фундаментальную ситуацию.

В-пятых, не нужно недооценивать теневые виды деятельности — маркетмейкинг и фронтраннинг. Маркетмейкинг — это программирование робота на повышенный объем сделок. Любой крупный брокер знает, что для обслуживания крупных фондов он должен попадать в топ-10 по обороту на соответствующей биржевой площадке. Для этого и формируется тотальный вал сделок. Фронтраннинг — использование «дыр» в ПО для реализации алгоритмов.

Фактически, человек в трейдинге сейчас все больше напоминает пилота в кабине самолета, который просто следит за кнопками. С одной стороны, это хорошо (ничего не надо делать самому), а с другой — запредельно увеличиваются риски.

Как с этим бороться регуляторам и организаторам торговли? Инструменты есть, и их довольно много. Алготрейдинг сегодня — это своеобразная линза, в которой отразились все проблемы последнего времени: ускорение процесса, повышенный левередж, концентрация рисков. На это необходимо реагировать.


Сергей Ивлиев, заместитель генерального директора по научным исследованиям, руководитель Prognoz Risk Lab


Следующий докладчик, Сергей Ивлиев, заместитель генерального директора по научным исследованиям, руководитель Prognoz Risk Lab, привел цифры и факты, доказывающие серьезное влияние алготрейдинга на глобальные рынки. Его выступление вы можете начиная с 13.42 минуты видео. Он описал уникальный эксперимент — анализ влияния алготорговли на один из азиатских фондовых рынков в течение года. Ценность эксперимента заключается в том, что исследователи работали с реальными данными — потоком заявок ордер-лога по 100 ценных бумаг, которые торгуются на этом рынке. ID участников тоже были доступны исследователям. Поэтому можно было даже реконструировать книгу заявок по отдельным участникам, попытаться их классифицировать и понять, кто и как влияет на рынок. Из 300 000 активных фондовых трейдеров выделили 30 наиболее активных счетов, которые прогоняли через себя 75% всех активных сделок, 2/3 оборота рынка и 80% всех изменений заявок. Разумеется, все они работают алгоритмически. Эти тридцать счетов, по сути, формируют своими действиями весь этот рынок. Далее их разделили на две категории: маркетмейкеры (которые предоставляют ликвидность) и те, кто эту ликвидность забирает и начинает использовать в торговле.

Для анализа счетов применялись различные параметры качества рынков: ликвидность, глубина, спред, волатильность и т. д. Выяснились следующие вещи.

Во-первых, выяснилось, что большая часть выделенных трех десятков счетов торгует агрессивно и направленно. Они не предоставляют ликвидность, а подхватывают ее и используют в операциях.

Во-вторых, во время крупных движений по этим счетам на рынке в целом увеличивается волатильность, формируется сдвиг цены.

В-третьих, демонстрируется отсутствие влияния активности по указанным счетам на спред и глубину рынка.

В-четвертых, активно изучался вопрос того, как алготорговля влияет на возникновение мини-флэш-крэшей. Рассматривались определенные типы шоков: повышения цены более чем на 0,5% в минуту на минутных интервалах. Таких шоков было зарегистрировано за период исследования порядка 1000, их усреднили и получили так называемый профиль шока. Так вот, выясняется, что шоку предшествуют определенного рода движения в ордер-флоу.

Доля агрессивных заявок роботов в момент шока возрастает в 3 — 4 раза. Таким образом, выяснено, что в возникновении флэш-крэшей алгоритмическая торговля принимает активнейшее участие.


Сергей Смирнов, заместитель председателя наблюдательного совета ГИФА


Следом выступил Сергей Смирнов, заместитель председателя наблюдательного совета ГИФА (с 25.26 минуты видео). Его выступление было скептическим. По его мнению, можно летать на автопилоте, но в неблагоприятных метеоусловиях, при взлете и посадке нужно все-таки брать ситуацию в свои руки.

Смирнов выделяет две области алготрейдинга. Первая — это высокочастотная и ультра-высокочастотная торговля, где подумать просто некогда, это стопроцентный автомат. Немного уходя в философский и этический вопрос, докладчик отмечает, что высокочастотный автоматический трейдинг сомнителен с точки зрения социальной пользы. Это просто погоня — кто первый успеет, тот и возьмет весь профит. С точки зрения качества рынка — рынок тоже лучше не становится: ликвидность вымывается, возрастает риск флэш-крэшей. Есть разнообразные «лайфхаки» по участию в высокочастотной торговле — такие, например, как размещение сервера поближе к торговой площадке для уменьшения времени прохождения сигнала, или даже конструирование ультрабыстрых компьютерных плат специально под алготрейдинг.

Докладчик отметил, что ему гораздо ближе второе направление автоматического трейдинга — динамическая позиционная игра (то, что в хедж-фондах называется статистическим арбитражем). Она полезна, если вы торгуете не акциями или валютой, а сложными финансовыми инструментами (опционами, фьючерсами и — в особенности — облигациями). При этом поспешность и много сделок могут повредить, поскольку на этом рынке высоки транзакционные издержки, как прямые, так и косвенные. Чем привлекательна такая игра — так это тем, что тут рынок для участника состоит не только из «голой» цены. Тут вступают в процесс и ликвидность, и внешние условия — масса других параметров. По оценке того, насколько типично то, что происходит в данный конкретный момент, формируется математическая модель и стратегия алготрейдинга.

Сергей Смирнов поэтично сравнивает такую игру с нардами, в которых (в отличие от шахмат) включается элемент случайности, но статистически выигрывает тот, кто умеет играть. При этом в любую статистически просчитанную программу необходимо вручную вносить изменения, учитывая изменяющиеся условия рынка.

Иными словами, скептически настроенный докладчик говорит нам, что алготрейдинг — это в первую очередь, мозги человека, и уже только потом — способности машины.


Андрей Леонидов, ведущий научный сотрудник отделения теоретической физики Физического института РАН

В отличие от своих коллег из экономической среды, Андрей Леонидов, ведущий научный сотрудник отделения теоретической физики Физического института РАН, подошел к проблеме рисков с сугубо математической точки зрения. Он рассказал, что высокочастотная торговля — это, по сути, система непрерывного двойного аукциона, которая генерирует очень большие флуктуации. С точки зрения торговли относительно цен, такая торговля несет в себе неустранимые риски, ведь любая заявка, по сути разбивается, и мы имеем дело с потоками коррелируемых заявок от многих участников.

Можно ли найти в этом хаосе хотя бы какой-то порядок? Оказывается, да. Недавно была выявлена закономерность: ответ на вопрос, насколько мы способны сдвинуть рынок своей заявкой, хорошо определен и подчиняется универсальному закону квадратного корня. Формула, которую Леонидов приводит в качестве рабочей, содержит в своем составе реализованную волатильность, объем заявки и рыночный объем. Эта формула просчитывает типичные риски, с которыми столкнется дейтрейдер.

Подробная запись его выступления начинается с 45.15 минуты.


Андрей Игнатов, вице-президент НП ГИФА


И, наконец, Александр Игнатов, вице-президент НП ГИФА, в своем кратком выступлении (с 55.40 минуты) указал на еще один, незаслуженно забытый тип рисков автоматического трейдинга: внутренние риски, связанные с организацией IT-инфраструктуры. Технические сбои — это огромный риск. Есть масса примеров, один из самых ярких — это Knights Capital, которая из-за одного такого сбоя в один день потеряла 440 млн долларов.

Есть сегодня множество примеров, когда биржи или регуляторы вводят ограничения на алготрейдинг. Так, в Европе начинают обязательную регистрацию компаний, которые занимаются автоматической торговлей; требуют сохранять историю сделок в течение 5 лет; вводят требование регулярного аудита.

Любой технический сбой косвенно влияет на всех участников рынка — либо через на усиление нагрузки на биржу (из-за снижения пропускной способности каналов), либо через формирование несправедливой цены на инструменты. Транзакционные издержки участников рынка тоже увеличиваются. Поэтому Александр Игнатов надеется, что и в России будут введены регулирующие ограничения на случай технических сбоев в глобальном алготрейдинге.

Все материалы по теме:


Поделитесь с друзьями: