Moscow ALGO-2014, часть IV: Новые инструменты алгоритмической торговли. Мировые валюты.

Moscow ALGO-2014, часть IV: Новые инструменты алгоритмической торговли. Мировые валюты.

19 февраля 2015, 12:10
Aleksandr Sorokin
0
1 505

Я продолжаю серию подробных рассказов о том, как 5 декабря 2014 года прошла одна из крупнейших конференций по алготрейдингу в России – Moscow ALGO-2014. Сегодня темой моего рассказа будет круглый стол на тему «Новые инструменты — новые возможности алгоритмической торговли. Мировые валюты». Мы с вами помним, что буквально через десять дней после этого семинара случился крах рубля, и многое на российских торгах с тех пор поменялось, но думаю, ретроспектива событий «за пять минут до землетрясения» будет для вас интересной. Тем более, что в рамках круглого стола обсуждались по большей части общие вопросы, которые актуальны и сейчас.


В дискуссии приняли участие:

модератор, Сергей Романчук, Руководитель дилингового центра, Металлинвестбанк, Президент ACI Russia;

Владимир Яровой, Директор департамента валютного рынка, Московская Биржа;

Константин Горохов, Руководитель группы дилерских операций Отдела электронной и алгоритмической торговли, Промсвязьбанк;

Darryl Hooker, Head of EBS Market;

Григорий Иванов, Менеджер по развитию бизнеса, торговые системы валютно-денежного рынка, Thomson Reuters;

Кирилл ЦарфинSenior ETG sales, Renaissance Capital;

Анатолий Князев, Сооснователь, Исполнительный директор EXANTE.

 

Сергей Романчук, Руководитель дилингового центра, Металлинвестбанк, Президент ACI Russia

Открывая сессию, Сергей Романчук сделал акцент на повышенной волатильности и сужении ликвидности на российском валютном рынке во второй половине 2014 года. Напомню, что на момент 5 декабря негативно влияли на рынок только санкционный фактор и снижение цены на нефть, обвал рубля вступил в игру позже.

Владимир Яровой рассказал о том, что для поддержки рынка МOEX с 1 декабря 2014 года ввела две новых валюты против рубля — британский фунт и гонконгский доллар. Это было сделано с учетом того, что фондирование смещалось (и продолжает смещаться) с западных рынков на азиатские. Китайский юань торгуется на Московской бирже с 2010 года, но пока его обороты были не столь существенными по сравнению с евро и долларом.

На вопрос о том, как МОЕХ реагирует на уменьшение доступной в стакане ликвидности, Владимир Яровой ответил, что комитет по валютному рынку принял решение об увеличении шага цены в два раза. Правда, по его словам, это не очень действенная мера, и ликвидность можно вернуть только через маркетмейкеров.

Вслед за этим к дискуссии подключился Дерил Хукер, представлявший торговую платформу EBS. Он тоже отметил, что в связи с глобальным падением объемов торгов по рублю на EBS тоже вынуждены были искать новые кросс-пары и альтернативные пути поддержания объема торгов. Он отметил два негативных факта, которые превалировали на российском валютном рынке в последние четыре месяца перед обвалом рубля:

  • во-первых, колоссальные объемы (несмотря на снижение, они все равно оставались огромными) торгов по рублю на Московской бирже были связаны с «неправильными» причинами. Рынок находился в огромном стрессе;

  • и, во-вторых, затухание брокериджа в связи с тем, что ряд банков потерял кредитные линии с Запада. В стрессовых условиях мировые рынки, разумеется, не склонны в больших количествах инвестировать в Россию (кстати, этот процесс мы продолжаем наблюдать и сейчас, отток капитала с наших рынков происходит колоссальный). Хукер пророчески отметил: «Над нами — тень 1998 года, и этот сценарий надо учитывать».

Говоря о ценовых условиях на стрессовых рынках, Хукер отметил, что никто не будет менять цены каждый раз, когда на рынке что-то происходит. Поэтому в стрессовых условиях практически все биржи, торговавшие рублем, увеличили шаг цены: «Мы все начали жить в мире пяти пипсов». Он объяснил механизм подъема шага цены на EBS: путем опросов клиентов каждые полгода. «Если этого хочет рынок — мы это делаем. И если уж менять ценовые условия — то уже сразу на четверть или на половину копейки. Меньшие интервалы особой разницы в себе не несут».

В ответ на слова о «неправильных причинах» роста объема рынка Кирилл Царфин из «Ренессанс Капитала» выступил со своими соображениями. Они свелись к тому, что выросли обороты и волатильность, но для алготрейдера это и важно, поэтому на пару доллар/рубль среди клиентов перед обвалом (да и, как мы видели потом, после него) возник чудовищный интерес. На этой паре делают большие обороты, несмотря на неблагоприятные экономические причины этого явления.

Константин Горохов из Промсвязьбанка выразил общую обеспокоенность всех рублевых трейдеров о том, что фактически их могут отключить в любой момент и от Reuters, и от EBS. Поэтому первоочередной задачей своего банка в условиях надвигающегося (и впоследствии наступившего) кризиса Константин видел сбор ликвидности в Москве, чтобы на случай взрыва рынка хоть что-то иметь.

Затем модератор задал вопрос о том, как делится доля объемов торгов на EBS между оффшорными и оншорными участниками, ведь рост рубля в прошлом был связан в том числе и с возможностью использования прайм-брокеров для выхода российских банков на международные рынки. А осенью процесс этот стремительно пошел в обратную сторону.

Darryl Hooker, руководитель платформы EBS Market

На это Дерил Хукер ответил, что исторически 5 лет назад оффшорных и оншорных клиентов по рублю было примерно поровну, но потом оффшорная доля по мере роста торговли рублем в мире начала расти. Сейчас и он, и (впоследствии) представитель МОЕХ отмечают тотальное преобладание оффшорных клиентов, торгующих через зарубежных прайм-брокеров (90% против 10% оншорных).

Григорий Иванов из Thomson Reuters подтвердил эту тенденцию и обрисовал проблему: большая часть потока даже в рублевых торгах приходит из-за границы, при этом большинство из топовых клиентов — HFT, которые торгуют через зарубежных прайм-брокеров. Сейчас ситуация патовая: банки консолидируют рублевые лимиты, а прайм-брокеры с рынка уходят, и клиенты остаются без возможности торговать. В Thomson Reuters пытаются «добыть» локальных маркетмейкеров, которые предоставляют локальные котировки. Вторая мера по исправлению ситуации — поиск локальных прайм-брокеров (сервис на территории РФ и оформление на российское юрлицо).

Сергей Романчук в качестве отдельного вопроса затронул то, как биржи относятся к алготрейдингу как к таковому.

Дэрил Хукер: 70% нашего объема формируется алгоритмической торговлей (в основном через API и хеджеров), и 30% - ручными способами. Мы рады всем, кто ведет себя корректно, развивает здоровый рынок и в особенности приносит в него ликвидность.

Кирилл ЦарфинSenior ETG sales, Renaissance Capital

Кирилл Царфин: на торговых платформах есть два типа алготрейдеров: мейкер (создающий ликвидность) и тейкер (использующий ее). Для алгоритмического трейдинга имеется возможность быть маркетмейкером, не подписывая никаких отдельных соглашений, и в этом кроются большие возможности. Так вот, те трейдеры, которые генерируют входящий поток ликвидности, для рынка безусловно полезны и необходимы.

По вопросу мейкеров и тейкеров чуть позже высказался Григорий Иванов, который рассказал, что, например, на платформе Thomson Reuters мейкеры не платили комиссий — платили только те, кто использовали ликвидность. Для рублевых торгов это и по сей день так. А вот в международной практике начинают вводиться разнообразные новшества, поскольку иногда надо поддержать активных сильных тейкеров или наказать мейкеров, которые некорректно себя ведут (к примеру, выставляют цену out of market в стакане).

Подход торговых платформ к дисциплине и этике трейдеров обсудили отдельно. Представители всех трех платформ единогласно высказались за профессиональную и этичную торговлю.

Так, Дерил Хукер не один раз во время разговора подчеркивал, что EBS рада всем, кто адекватно себя ведет. Для тех, кто не хочет вести себя корректно, платформа предусматривает различные штрафные санкции: к примеру, она может сама занижать выставляемые провинившимся трейдером объемы, либо выставлять минимальное время на выставляемые ими котировки. Раньше платформа налагала фискальные штрафы, но потом здесь стали придерживаться концепции того, что зарабатывает EBS не на штрафах, а на брокеридже, поэтому и методы воздействия должны быть немонетарными.

Григорий Иванов немного пояснил, что происходит, если сделка случается в рамках технического сбоя или откровенно out of market. На Thomsom Reuters отмена сделки в мэтчинге невозможна, поэтому единственный путь вернуть потерянные деньги — договориться с контрагентом. Если контрагент отказывается — это «неспортивное» поведение трейдера, которое вносит хаос на рынки: на любом свободном рынке (таком, как Форекс) справедливое ценообразование — залог стабильности системы, поэтому любое отражение неверной цены — это элемент дестабилизации.

На это провинившемуся будут намекать и «пострадавший», и брокер, и платформа. Как правило, добросовестные участники рынка никогда не используют для своей наживы результаты технических или технологических сбоев. Это соответствует международному неписаному кодексу, да и писаному, собственно тоже.

Чуть позже Григорий рассказал о том, какие нарушения мы видим со стороны бывших мейкеров, которые становятся агрессивными тейкерами и демотивируют «правильных» мейкеров от выставления правильной цены. Начинают раздвигаться спреды и снова снижается ликвидность. Поэтому нечистоплотные тейкеры тоже наказываются.

Дерил Хукер добавил к своему рассказу, что процедура работы с нерыночной сделкой в EBS отличается от того, как это реализовано в Thomson Reuter. Первый звонок «пострадавшего» идет в службу клиентской поддержки, и уже эта самая служба сводит двух контрагентов и служит своеобразным рефери по их сделке. Сделка не отменяется, как и на любой другой платформе, она уже произошла и существует. Поэтому договариваться нужно уже оффлайн, но EBS способствует удачному завершению переговоров. Если же договориться не получается и клиент настаивает на получении «чисто технического профита», не желая отдавать «ни пяди завоеванного», то платформа может пойти на крайние меры. Так, один раз за пятнадцать последних лет один из клиентов, демонстрировавший явное асоциальное трейдерское поведение, был просто отключен от системы.

Сергей Романчук констатировал, что в России манипуляции рынком до сих пор активно используются (и это мы с вами имели счастье наблюдать через неделю после описываемого разговора), но создание ложных ситуаций в своих целях, провоцирует на сделки, не исходящие из экономического смысла. Григорий метко назвал это «джунглями». А тем временем за такие вещи многие банки по всему миру платят миллиарные штрафы.

Этим, кстати, валютный трейдинг отличается от рынка акций, где флэш-крэш вовсю используется.

Следующий интересный вопрос, касающийся непосредственно алгоритмического высокочастотного трейдинга, был о том, как платформы решают вопрос технической инфраструктуры. Не секрет, что при высокочастотном трейдинге запаздывание сигнала в несколько миллисекунд — это очень критичный фактор. У ММВБ сервера стоят в Москве, у остальных платформ, торгующих рублем, - в разных странах мира. Есть ли смысл ставить для рублевой торговли отдельные мэтчинговые сервера в Москве, чтобы сократить раундтрипы?

Григорий Иванов, Менеджер по развитию бизнеса, торговые системы валютно-денежного рынка, Thomson Reuters

Григорий Иванов рассказал, что в Thomson Reuter's единый мэтчинг-сервер стоит в Нью-Йорке, но планируется перенос Point of Presents-процессов на дополнительный сервер в Лондоне. По Москве в ближайшие годы ничего не планируется, консолидация по-прежнему будет идти через сервер в США, и все заявки от клиентов будут поступать на него.

Дерил Хукер показал, что в EBS архитектура совсем другая: там изначально реализовалась распределенная модель с тремя главными серверами в Лондоне, Токио и Нью-Йорке и вторичными бэкап-серверами еще в 7 странах мира. Однако необходимость установки сервера в Москве выглядит сомнительной.

Сама по себе необходимость распределенной структуры объясняется очень просто. Каждая платформа заинтересована в том, чтобы сократить цикл работы сервера. Если вы работаете с локального сервера (допустим, Лондон — Лондон), то раундтрип будет порядка 3 — 5 миллисекунд (мс). «Прогулка» сигнала по маршруту Москва — Лондон — Москва обойдется алготрейдеру уже в 15 миллисекунд, и так далее. В условиях высокочастотного роботизированного трейдинга это крайне важное различие, которое, конечно, по возможности надо ликвидировать.

Когда в дискуссию включился зал, прозвучал вопрос, без которого разговор о валютных рынках в середине 2010-х годов был бы просто невозможным: о криптовалютах и их перспективах.

Анатолий Князев из Exante отнесся к вопросу с большим энтузиазмом и рассказал, что его компания была первой в Европе, кто начал делать что-то с биткоином (провели секьюритизацию и открыли возможность торговать соответствующими паями фонда институциональным инвесторам). Криптовалюта, по словам Князева, решает много проблем, заменяя веру в центробанки верой в математику (которая обычно не подводит). Хедж-фонд, принадлежащий Exante, заработал в 2013 году 4000% на биткоине, похвастался Анатолий.

Сергей Романчук, однако, охладил пыл предыдущего оратора: «Наверное, это выглядит технологичным и независимым подходом, но по всему миру денежные власти не воспринимают криптовалюту как то, что они хотели бы развивать. Наш Центробанк вообще отказался считать ее валютой — соответственно, и российский банковский бизнес вслед за ним. Криптовалюты на данный момент более интересны физическим лицам, причем несут в себе физические риски. На российских биржах биткоину пока нет места, и я не думаю, что когда-либо найдется».

Владимир Яровой, Директор департамента валютного рынка, Московская Биржа

Владимир Яровой  поддержал модератора: «Простое решение в сухом остатке: биткоин — это не валюта, и работать с ним на валютном рынке невозможно. Главная его проблема — в том, что он время от времени может бесследно исчезать из тех мест, где хранился. Основные скандалы были связаны именно с этим: его не существует физически, а значит, он не поддается никакой регуляции. Если мир когда-нибудь придет к тому, что возникнет надежная кросс-кантри регуляция криптовалюты, то может быть, биржам она станет интересна. Но пока всё «подвешено» и постоянно есть риск всё потерять — ничего серьезного с биткоином происходить не будет, равно как и с его многочисленными криптоколлегами.

В следующем обзоре я расскажу вам о том, как прошла видеоконференция с трейдером из Нью-Йорка Арсением Кукановым, который подробно рассказывал об алгоритмической торговле акциями на NYSE. Это будет интересно!

Все материалы по теме:



Поделитесь с друзьями: