михаил потапыч
Rustamzhan Salidzhanov
Сергей Цыпкин:
Эту песню поют там где вечно тепло
Там где лета не знают и всё замело
Мегаполис поёт, небольшое село
И её не подхватит лишь тот кто оглох
А теперь припев, все вместе!!!
Эту песню поют там где вечно тепло
Там где лета не знают и всё замело
Мегаполис поёт, небольшое село
И её не подхватит лишь тот кто оглох
А теперь припев, все вместе!!!
7
михаил потапыч
Некоторые пишут нормально, НЕКОТОРЫЕ ПИШУТ НА КАПСЕ, а нЕкОтОрЫе БуДтО Их еБуТ ПрЯмО За КлАВоЙ.
· 9
михаил потапыч
Удивительно, как мало времени требуется на переход от стадии «я очень волнуюсь и переживаю» до стадии «да ебись оно всё конём».
· 8
михаил потапыч
.
· 9
TheXpert
2014.06.09
жизненно но немного не так )
если уж не компилится ночью, лучше оставить, ибо моск не работает если напряг долгий и может выдать такооое, что ты потом будешь исправлять дольше чем исходные недоработки
и то что скомпилится далеко не факт что будет правильно работать.
если уж не компилится ночью, лучше оставить, ибо моск не работает если напряг долгий и может выдать такооое, что ты потом будешь исправлять дольше чем исходные недоработки
и то что скомпилится далеко не факт что будет правильно работать.
михаил потапыч
Я знал, мой дух Дантес отравит,
Коль век смертельно занемог.
Мечась в плену проклятых правил,
Я их порвать никак не мог.
Из недавно найденных в шотландском монастыре черновиков «Онегина».
Расшифровал Юрий Жуковский.
Коль век смертельно занемог.
Мечась в плену проклятых правил,
Я их порвать никак не мог.
Из недавно найденных в шотландском монастыре черновиков «Онегина».
Расшифровал Юрий Жуковский.
· 5
михаил потапыч
(c) Елена Касьян, 2008
Юзек просыпается среди ночи, хватает её за руку, тяжело дышит:
«Мне привиделось страшное, я так за тебя испугался…»
Магда спит, как младенец, улыбается во сне, не слышит.
Он целует её в плечо, идёт на кухню, щёлкает зажигалкой.
Потом возвращается, смотрит, а постель совершенно пустая,
— Что за чёрт? — думает Юзек. — Куда она могла деться?..
«Магда умерла, Магды давно уже нет», — вдруг вспоминает,
И так и стоит в дверях, поражённый, с бьющимся сердцем…
Магде жарко, и что-то давит на грудь, она садится в постели.
— Юзек, я открою окно, ладно? — шепчет ему на ушко,
Гладит по голове, касается пальцами нежно, еле-еле,
Идёт на кухню, пьёт воду, возвращается с кружкой.
— Хочешь пить? — а никого уже нет, никто уже не отвечает.
«Он же умер давно!» — Магда на пол садится и воет белугой.
Пятый год их оградки шиповник и плющ увивает.
А они до сих пор всё снятся и снятся друг другу.
Юзек просыпается среди ночи, хватает её за руку, тяжело дышит:
«Мне привиделось страшное, я так за тебя испугался…»
Магда спит, как младенец, улыбается во сне, не слышит.
Он целует её в плечо, идёт на кухню, щёлкает зажигалкой.
Потом возвращается, смотрит, а постель совершенно пустая,
— Что за чёрт? — думает Юзек. — Куда она могла деться?..
«Магда умерла, Магды давно уже нет», — вдруг вспоминает,
И так и стоит в дверях, поражённый, с бьющимся сердцем…
Магде жарко, и что-то давит на грудь, она садится в постели.
— Юзек, я открою окно, ладно? — шепчет ему на ушко,
Гладит по голове, касается пальцами нежно, еле-еле,
Идёт на кухню, пьёт воду, возвращается с кружкой.
— Хочешь пить? — а никого уже нет, никто уже не отвечает.
«Он же умер давно!» — Магда на пол садится и воет белугой.
Пятый год их оградки шиповник и плющ увивает.
А они до сих пор всё снятся и снятся друг другу.
· 4