Нефтяная зависимость РФ

30 марта 2016, 09:04
Denis Miroshnichenko
0
97

 

Счетная палата опубликовала данные по бюджету за первые два месяца 2016 года, из него следует, что по сравнению январем-февралем прошлого года доля нефтяных доходов в бюджете сократилась с 45% до 37%. После чего министр финансов А. Силуанов заявил о том, что Россия уменьшила зависимость от нефти. Но это кажется преждевременным, так как снижение доли нефтяных доходов в бюджете может быть обусловлено снижением цен на нефть. Ведь в январе-феврале прошлого года цены на нефть не опускались ниже 47 долларов за баррель. Тогда как сейчас цена в 42 доллара кажется уже невероятно высокой.

Однако господин Силуанов, говоря о зависимости России от нефти, несколько лукавит, так как надо говорить о зависимости бюджета Государства Российского от нефтяных доходов. Долгое время почти половина объема бюджета формировалась из нефтяных доходов, правда, постепенно сокращаясь. В начале нулевых доходы от нефти давали почти три четверти всех поступлений в бюджет, так что можно говорить о том, что доля нефти сокращается постоянно. При этом эта доля сокращалась даже тогда, когда цены на нефть росли. Это возможно только в том случае, если не сырьевые сегменты экономики росли быстрее, что и происходило на самом деле.

Налоговая система в России построена таким образом, что сырьевой сектор, в частности нефтегазовый, обложен максимально высокими налогами и поборами, а вся остальная экономика довольно низким, по мировым меркам, налоговым бременем. Главным преимуществом такого подхода является то, что низкая налоговая нагрузка позволяла быстро расти и развиваться не сырьевым отраслям экономики. В большей степени это сказалось на сфере услуг, доля которой в экономике выросла почти до 60%. Пока цены на нефть росли, государственный бюджет постоянно был профицитным, несмотря на рост расходов на социальную сферу в виде зарплат учителей, врачей, полицейских и всех остальных, кто получает зарплату из бюджета. Таким образом, государство дополнительно стимулировало потребление, что приводило к большим темпам роста экономики. Иными словами, за счет роста цен на нефть государственные расходы росли быстрее, нежели это мог обеспечить рост всей экономики. Не стоит забывать еще и того, что при росте экономики и благосостояния растет и запрос на более качественное образование, медицину и охрану правопорядка. Так что ускоренный рост расходов государства полностью соответствовал социальному запросу.

Тем не менее, подобная модель имеет огромный недостаток в виде зависимости бюджета от одного источника дохода. Хотя доля нефтяных доходов неуклонно сокращалась, она все равно оставалась достаточно высокой, чтобы резкое падение цен на нефть было болезненным не только для бюджета, но и для всей экономики. Именно это и произошло, когда цены на нефть стали стремительно дешеветь. Проблема усугубляется еще и тем, что 45% доли нефтяных доходов в бюджете, при том что доходы бюджета равны 21% ВВП, равны примерно 9,5% ВВП. Доля же всего сырьевого сектора примерно 11% ВВП. Иными словами, государство забирает из сырьевого сектора практически всю прибыль, что не оставляет средств на инвестиции в самой отрасли, которая является довольно капиталоемкой. Это вынуждает государство осуществлять обратные трансферты на финансирование геологоразведки, разработки месторождений и так далее, что входит в расходы бюджета. При сохранении нынешней налоговой модели государство не может отказаться от обратного финансирования сырьевого сектора, так как это скажется на будущих доходах. Получается, что при сильном снижении нефтяных цен приходится урезать практически все статьи расходов, особенно социальные, ради спасения крупнейшего налогоплательщика. К сожалению, это ведет к уничтожению даже тех скромных зачатков социального государства, которые удалось построить в России.

Стоит заметить, что за последние пятнадцать лет за счет низкой налоговой нагрузки многие сектора экономики непросто неплохо росли, их доля в экономике стала довольно существенной. Так, на оптовую и розничную торговлю приходится 19%, на обрабатывающую промышленность 16%, а третье место занимают операции с недвижимостью (аренда, купля-продажа и так далее), на которые приходится 12% ВВП. Однако, из-за опережающего роста социальных расходов, сильное падение цен на нефть привело к сокращению статей расходов бюджета, что негативно сказалось на всей экономике в целом. Сильнее всего пострадал сектор оптовой и розничной торговли, а вслед за ним проблемы начались у обрабатывающей промышленности. При снижении расходов государства на социальные выплаты начинают сокращаться потребительские расходы, что непосредственно сказывается на прибыли в торговле, а это уже влечет сокращение штатов и раскручивает спираль экономического кризиса. Выходит, что зависимость бюджета от одного источника доходов хоть и позволила расти другим отраслям, но может оказать пагубное влияние на всю экономику в целом.

Из динамики последних лет следует, что доля сырьевого сектора уменьшалась не просто в доходах бюджета, но и в структуре экономики, так что все призывы к мгновенным реформам совершенно беспочвенны. За последние пятнадцать лет именно это происходило, но не резко, а постепенно и спокойно. Однако для такой трансформации нужно много времени, а гарантировать как минимум стабильность цен на нефть никто не может. России потребовалось почти пятнадцать лет на то, чтобы снизить зависимость бюджета от нефти с трех четвертей почти до половины. И это с учетом роста цен на нефть. Получается, что для сокращения доли нефти в бюджете до четверти потребуется еще как минимум пятнадцать лет, причем, опять же, при растущих ценах. К сожалению, внешние условия таковы, что это невозможно.

Так что единственным вариантом остается реформирование налоговой системы с целью увеличения доли не сырьевых поступлений в бюджет. Тем более что это кажется даже справедливым, так как полтора десятка лет не сырьевой сектор экономики жил практически в тепличных налоговых условиях. По сравнению с Европой в России налоговая нагрузка в 2,5-3,0 раза ниже, а по сравнению с США и Японией - в 1,5-2,0 раза. И это при том, что данные цифры касаются всей экономики в целом, а в России основная нагрузка идет на нефтяной сектор, следовательно, налоговая нагрузка на прочие сектора еще меньше.

В течение прошлого года стало очевидно, что государство не готово пойти на радикальные шаги в виде повышения налогов. Но ведется довольно активная деятельность по повышению собираемости налогов, в частности с торговли, а также постепенно вводится налог на имущество. Логика заключается в том, что торговля, являясь крупнейшим сегментом экономики, известна своими схемами по уклонению от уплаты налогов, так что их повышение ничего не даст. Сначала надо решить вопрос с их собираемостью. А что касается налога на имущество, так это связанно с тем, что на операции с недвижимостью, в частности на ренту, приходится 12% ВВП, и этот сегмент практически никакими налогами не облагается.

Так что нынешнее снижение нефтяных доходов в бюджете является следствием лишь снижения цен на нефть, а также вызванными этим фактом негативными последствиями. Часть выпадающих доходов компенсируется за счет резервов, что и привело к снижению доли нефтяных доходов. До тех пор, пока не произойдут изменения в налоговой системе, говорить о снижении зависимости бюджета от нефти не приходится. А вот когда это произойдет, тогда влияние мировых цен на нефть будет минимальным и доходы людей и бизнеса будут в большей степени зависеть от других факторов.

И этот процесс уже идет...

Поделитесь с друзьями: